Ответ: дисциплина — это свобода действующая.

Следовательно, это совсем не антипод свободы, это она сама, но если просто свобода — это некая абстракция, то дисциплина сгущает ее для конкретного действия.

Значит, дисциплина — это концентрированная, устремленная к цели свобода.

Вы привыкли к иному представлению о дисциплине. До сего дня для вас она означала послушание. Условие порядка. Норм общественного поведения. И как апофеоз этого: «шаг влево, шаг вправо — стреляем!»

Это дисциплина раба. В ней нет даже духа свободы.

Потому что при этом человек — средство достижения чьих-то целей. Причем он этого может и не осознавать; не понимать, что какой-то кукольник дергает его за ниточки. Для родины, для коллектива, для семьи, для Дела он вжимается в свою тесную ячейку — и еще гордится своей ролью. Гордится тем, что он винтик!..

У винтика не может быть цели — он только исполняет функцию. Цель создает человек сам. Потому что цель — это и есть он сам, этот человек, только на новом, более высоком уровне, на который он поднимается (к себе) решая задачи. А то, что в его воображении цель материализована в каком-то деянии, надеемся, вас не смущает: ведь деяние — это всего лишь зеркало, в котором человек пытается себя разглядеть.

Значит, дисциплина-послушание — это всего лишь кургузый обрубок (после казни на прокрустовом ложе) дисциплины истинной, потому что дисциплина — это свобода быть самим собой.

Что нам известно из условий задачи об Икаре? Он был поэт. К свободе он летел на чужих крыльях. Опьяненный возможностью вседозволенности он погиб. Спрашивается: почему это случилось? почему он нарушил дисциплину?

Когда о человеке говорят: он поэт, — подразумевается, что он не только видит мир не таким, как остальные (каждый из нас видит мир по-своему), но и материализует это видение в слова. Был ли Икар большим поэтом? Наверняка — нет (скажем так: не успел им стать) — поэтому улететь к свободе он не мог, ему пришлось воспользоваться крыльями, которые сделал Дедал. В этом нет ничего зазорного: все мы должны пережить ученичество, все в начале пути идем по тропе учителей.