Эвклиду, чтобы описать геометрию нашего мира, хватило трех понятий: точка, линия, плоскость. Введя четвертое понятие — сферу, — Лобачевский открыл двери в неисчислимое множество новых геометрий; но Евклида он не зачеркнул! И мир для нас остается эвклидовским, что и неудивительно: он устойчив!

Описывая нашего героя тремя понятиями — энергопотенциалом, психомоторикой и критичностью — ЭПК, — мы утверждаем, что четвертого не надо. Любое четвертое понятие нарушит равновесие. Мы получим человека созерцающего, человека, живущего ассоциациями, человека, потока сознания, человека, реагирующего на стимулы, человека, копающегося в себе, человека, ведомого сексом, — и так далее, и так далее. Мы получим человека скособоченного — и озабоченного этим.

Когда болит зуб — он становится центром мироздания. При нарушенной устойчивости наше внимание невольно сосредоточено на точке, где система дает слабину. Частность принимается за целое. Медицина занимается болезнями, педагогика — передачей навыков и знаний, психология — кухней, как человек познает. И там и там, и там изучаются процессы… А мы изучаем человека, не расщепленного на отдельные проявления своей сути; человека, который выражает себя как целостность. А это возможно лишь когда он действует. Когда действие организует всю его сущность как магнит, как стержень. Когда — действуя — он добывает себе свободу.

Действуя, он проявляет себя, выражает себя; только действуя, он суть целостность. Наша триада — ЭПК — описывает его способность к действию. Значит, выражает его сущность.

О смысле целостности

Мы уже слышим, как начинает брюзжать нетерпеливый читатель: целостность, ЭПК — это все замечательно; но когда же, наконец, речь пойдет собственно о таланте?

А между тем — это все о нем. Потому что талант немыслим без целостности (в чем, надеемся, вас убедили три притчи). Но означает ли это, что между понятиями «целостность» и «талант» можно поставить знак равенства? Нет.