Даже на его взыскательный вкус эта распутница была превосходна.
За последние десять лет лишь две выдающиеся женщины всколыхнули Лондон, заставив заговорить о себе свет. Одна из них, холодная смуглая красавица Сорайя, таинственная, как лунный свет, недавно стала женой герцога Килмора, отчего разразился неслыханный скандал. Другая, похожая на сияющее солнце, выставляла себя напоказ в этом зале. Она полулежала на канапе, словно изысканная драгоценность на бархатной подушечке ювелира. Эрит придирчиво смерил взглядом куртизанку, будто выбирал кобылу для своей конюшни.
«Боже, да она высокая, как сама Длинная Мег, о которой слагают баллады». Кроваво-красный бархат обрисовывал стройное тело женщины, подчеркивая все его восхитительные достоинства. Эриту с его огромным ростом отлично подошла бы любовница с подобной фигурой, хотя обычно он предпочитал более пышные формы.
Эрит остановил взгляд на лице кокотки. Оно оказалось интригующе необычным: квадратный подбородок, почти мужской, нос чуточку длинноват, скулы, пожалуй, слишком высокие. От украшенного золоченой резьбой входа в зал, где стоял Эрит, невозможно было рассмотреть цвет ее глаз, больших, сверкающих и немного раскосых.
То были глаза кошки. Или тигрицы. А ее рот…
Быть может, именно рот наделял эту женщину той неизъяснимой притягательностью, о которой шумела молва. Чересчур крупный, но разве это недостаток? При виде этих сочных алых губ у всякого мужчины взыграла бы фантазия. Перед мысленным взором Эрита мгновенно пронеслись непристойные картины, пробуждая острое желание.