Неожиданно дверь прокурорского кабинета бесшумно приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась лысая голова судебно-медицинского эксперта Бориса Медникова.

– Можно к вам, господа хорошие? – в ироничной своей манере спросил эксперт.

– Заходи, доктор, присаживайся, – ответил Бирюков. – Откуда и куда путь держишь?

– Из Новосибирска на свою службу, в морг, добираюсь.

– Рассказывай, что новенького привез.

Медников неторопливо уселся рядом со следователем. Поставил возле ног пухлый портфель и вдруг достал из кармана серого пиджака расческу:

– Гребешок новенький купил. Теперь буду ходить причесанным, как прокурор.

Голубев засмеялся:

– Боря, у тебя от макушки до лба ни одной волосинки нет.

– А на затылке венчик остался. Отращу из него космы, как у эстрадных певцов, и буду сзаду наперед зачесывать. – Медников положил руку на плечо Лимакина. – Угости хорошей сигареткой.

Лимакин предложил «Золотую Яву».

– На «Мальборо» не тянешь, сыщик?

– Не тяну, зарплата не позволяет.

– Вам же каждый год прибавляют бешеные деньги.

– Вам тоже добавляют, а ты постоянно «стреляешь».

– Нашей добавки хватает только на «Приму», а от нее кашель душит.

Судмедэксперт прикурил сигарету и жадно затянулся.

– Заключение по ДНК привез? – спросил Бирюков.

– Привез, – Медников достал из портфеля пакет. – Читай, прокурор. А чтобы опер со следователем не томились в ожидании своей очереди, перескажу содержание упрощенным русским языком. Исследование показало, что потерпевшие граждане находились в близких родственных отношениях. Возраст их, как я ранее указывал в своем заключении, подтвердился. Разница в двадцать пять лет позволяет судить, что это были, скорее всего, отец и сын. Между братьями столь большой возрастной разницы обычно не бывает. Я все сказал…