– Да, да! – крикнул Лобанов.

Вошел Храмов, плотно прикрыл за собой дверь. На длинном, сухом его лице ничего нельзя было прочесть.-

– Ну, Коля, что? – нетерпеливо спросил Лобанов.

– Разрешите доложить? – поглядел тот на Сергея.

– Давай, давай. И садись.

Храмов снял шапку и опустился на стул.

– Неприятность, Александр Матвеевич, – произнес он, обращаясь уже к Лобанову. – В двести шестнадцатом номере умерла женщина.

– То есть как умерла?!

– Отравление.

– Сама?

– В номере кто-то был.

– Зачем приехала?

– В листок записала: «По личным делам». Среди вещей найдено письмо. Короткое. Одна строчка: «Приезжай. Надо поговорить в последний раз».

Наступило молчание. Потом Сергей спросил:

– Не установили, чем отравлена?

Храмов помедлив, ответил:

– В том-то и дело, установили. Снотворное. Большая доза.

– Что?!

Лобанов даже, привстал со своего места.

– Да, Александр Матвеевич.

– Когда наступила смерть? – быстро спросил Сергей. – Пока приблизительно хотя бы.

– Часа два назад.

«Вот оно, еще более опасное. Случилось, – подумал Сергей. – Не заставило себя ждать».

Он встал, привычно поправил под пиджаком кобуру пистолета и спросил Храмова:

– Группа еще работает?

– Так точно.

– Пойдемте туда.

Глава 2

В ОДНОМ ДОМЕ, ПОТОМ НА ВОКЗАЛЕ

Они встретились вечером, как и было условлено, на углу, недалеко от гостиницы, высокий, полнеющий человек лет пятидесяти, в просторном темном пальто с ярко-красным кашне и в пушистой пыжиковой шапке и тоже высокий, гибкий парень с черными усиками на смуглом, узком лице, в щеголеватой зеленой поролоновой куртке на «молнии» и ворсистой светлой кепке.

– Ну что, все в порядке, надеюсь? – весело спросил парень.

– У нас другого не бывает Пора запомнить.

– Тамарочка ждет нас…