— Я, конечно, польщён беседой со столь осведомлённым в истории человеком, но уверяю вас, я не шучу,

- жёстко заявил Канцлер, размашисто прошагав к своему широкому письменному столу, где располагалась панель с кнопками различного назначения, в том числе и вызова охраны.

Незнакомец повернулся к нему и вдруг двинулся в его сторону. Канцлер нахмурился. Глубоко в душе кольнуло неприятное ощущение, похожее на беспокойство. Или даже страх.

— И почил Бог в день седьмой от всех дел своих, - прогудел голос под респиратором. - А на восьмой день человек возомнил Богом себя. И создал Машину по образу своему и подобию. И да уничтожит Машина весь род людской. И птиц небесных, и рыб морских, и каждую душу живую, и травы, и древа, приносящие по роду своему плод.

Канцлер вскинул лицо, заставляя себя не бояться. Он ровным счётом не понимал ничего из того, что происходит. Он увидел отражение своего бледного лица в чёрном стекле очков визитёра, ощутил на своей коже сухой холод и услышал:

— И да будет земля пуста. Тьма над бездною. И стала Тьма.

Выдержав секунду тишины, крио медленно поднял руку к своему лицу и аккуратно снял очки и респиратор.

"Они же никогда этого не делают! Они просто не могут дышать воздухом нормальной температуры!" -мелькнула мысль в голове Канцлера.

Но не лицо человеческое открылось ему.

Эрц Айзэн всегда считал свои нервы крепче железа. Но от увиденного он обессилено опустился в своё кожаное кресло с высокой спинкой и долго не мог вымолвить ни звука.

— Вы... Ты... Машина... - прошептал, наконец, Канцлер и судорожно прикрыл рот пальцами. Губы его задрожали, а глаза заблестели слезами. Смешанные чувства восхищения, ужаса, болезненной радости и печали наполнили его сердце. Перед ним стоял кошмар и прекрасная сказка, воплощённые человечеством в реальность.

— Машина. Так всё это правда...