Чья-то тень мелькнула за окном, и кто-то открыл дверь. Далмас вошел в гостиную. Горела лишь настольная лампа. Освещению несколько помогал свет луны, падающий в окна.

Денни был без пиджака. Засученные рукава рубашки обнажали мускулистые руки.

– Куколка еще спит, – сообщил он. – Я ее разбужу, но сначала расскажу, как я ее сюда привез.

– Ты уверен, что за вами никто не следил?

– На сто процентов.

Далмас сел в кресло в углу комнаты, между окном и радиоприемником. Он положил шляпу на пол, вытащил бутылку, с неприязнью посмотрел на нее.

– Дал бы ты мне выпить чего-нибудь приличного, Денни. Я устал как черт. Даже не завтракал.

– У меня есть трехзвездочный мартель. Сейчас вернусь.

Денни вышел из комнаты, и где-то в задних комнатах зажегся свет. Далмас поставил бутылку рядом со шляпой и двумя пальцами помассировал лоб. Голова болела. Скоро свет погас и хозяин вернулся с двумя высокими бокалами.

Бренди было приятно на вкус, но крепкое. Денни сел за другой стул с вытертой обшивкой. В полумраке его темная фигура казалась еще больше, чем обычно.

– Может, это звучит глупо, но я сделал все, как надо, – начал он рассказывать. – Как только копы ушли, я оставил машину в боковой аллее и вошел в дом через черный ход. Я знал, где она живет, хотя и не был с ней знаком. Я постучал, но она не открыла. Слышно было, как она крутится по квартире, потом звонит кому-то. Тогда я ушел из коридора и попробовал через дверь для прислуги. Она была открыта, ну я и вошел. Знаешь, там был такой замок, какой можно прикрыть, не защелкивая.

– Понятно, Денни, – сказал Далмас, кивая. Великан глотнул бренди, провел краем бокала по нижней губе и продолжал:

– Парень, которому она звонила, звать Гейн Доннер. Ты его знаешь?

– Слышал. Значит, у нее такие знакомые?

– Она назвала его по имени и злилась. Я и подумал, что они знакомы. У Доннера кабак на Маринос Каньон Драйв... клуб «Мариноса». Его оркестр часто играет по радио.