— Проводилось ли вскрытие? — поинтересовался Квин.

— Да, — кивнул Джонсон. — В обычном порядке.

— Кто этим занимался?

— Доктор Хорнер. Из центральной больницы.

— Не возражаете, если я с ним переговорю?

— Да, конечно. Хотя, боюсь, он тоже не слишком сможет вам помочь. Так же, как и я.

— Возможно. Но мне просто необходимо чем-то подкрепить свои доводы.

Шеф полиции достал еще один лист бумаги и, написав что-то на нем, передал Квину. Это оказался адрес больницы.

— Спасибо, — сказал Квин.

— Что-нибудь еще?

— Нет, пожалуй, все.

С этими словами Квин встал, а вслед за ним поднялся и Джонсон.

— Я был бы не прочь взглянуть на место происшествия. Если это возможно. Раз уж я оказался в ваших краях.

— Делайте все, что считаете нужным. Знаете, где это находится?

— Да.

— Но будьте осторожны. Официально территория остается потенциальным местом преступления. Несмотря на то, что мы уже собираемся закрывать дело.

Квин протянул полицейскому руку:

— Спасибо. Вы мне очень помогли.

Когда Квин вышел из полицейского участка, на небе сгустились тучи, тяжелые и мрачные, готовые в любой момент опорожнить на землю свою ношу. Квин понимал, что с минуты на минуту может начаться снегопад. А следовательно, нужно торопиться, чтобы успеть осмотреть место происшествия прежде, чем возможные улики исчезнут под белым покровом.

По дороге Квин решил позвонить сестре Таггерта.

После четырех звуковых сигналов раздался голос автоответчика:

— Здравствуйте. После гудка оставьте, пожалуйста, свое сообщение, и вам перезвонят.

Голос был женским, но совершенно безликим. А сама фраза до смехотворности банальна. Квин не имел представления, кто мог произносить эти слова. Но зато знал наверняка: кто бы ни была эта особа, к Таггерту она не имела никакого отношения.