– Это Джонас, а не большинство садовников. – Сев напротив Рокси, я принялась без нужды переставлять солонку с перечницей. – Совершенно не представляю, что стану без него делать. И нельзя сказать, чтобы он так уж стар. В наше время семьдесят и даже восемьдесят – еще не возраст.

– Вот это верный ход мыслей, миссис X.! – Рокси жизнерадостно тряхнула головой. – Я слыхала, что в каких-то странах совершеннолетие наступает лишь в сорок лет. По этим меркам Джонас находится в расцвете сил, а мы с вами сопливые свистушки.

Мне всегда казалось, что нас с Рокси разделяет лет тридцать, но сейчас только порадовалась, что она зачислила меня в сверстницы. Должна признаться, в моей жизни случались минуты, когда я страстно желала достичь среднего возраста и состояния менопаузы. Ведь к тому времени близнецы вырастут, перестанут разматывать рулоны туалетной бумаги в попытке выяснить, хватит ли ее на всю лестницу, и прекратят обкусывать сандвичи, приготовленные к чаепитию Домашнего Очага. И тогда, быть может, мне удастся найти верный баланс между замужеством, материнством, домашней работой и кратковременными набегами в мир оформительского искусства.

– Мне так хочется, чтобы вы остались, – прошептала я дрогнувшим голосом, наполняя чашку Рокси.

– Да ладно, можете порыдать в открытую, – любезно бормотнула она. – Если хотите знать правду, я тоже пролила несколько слезинок при мысли, что придется уйти от вас. Мерлин-корт стал для меня вторым домом, это как пить дать.

– Тогда, может быть, мы что-нибудь придумаем? – Я перегнулась через стол и сжала ее руку, на которой, как обычно, было больше колец, чем в витрине ювелирной лавки. – Как насчет того, если одну неделю вы будете ходить ко мне, а другую – я к вам?

Подведенные брови миссис Мэллой поползли кверху.

– Что? Вы будете убираться у меня?