- Ровнее держи, не отвлекайся, успеешь еще насмотреться, - одернула ее Гера. Афродита испуганно вздрогнула, едва не выронив зеркало, а Гера продолжила: - Вот о чем я хотела с тобой поговорить, милочка. Я тут на днях просмотрела аналитические исследования социологов… Что-то ты мало стала уделять внимания'белым народам, европейцам в частности. Скоро ведь совсем растворятся они в племенах иноземцев. А ведь европейские народы первыми приняли истинную веру в Богов Олимпа, и они в основном сохраняют нам преданность, порой даже не сознавая этого.

- А я-то при чем? - нервно дернула плечами Афродита.

- Как при чем? - удивилась Гератакой несообразительности. - Не от тебя ли в первую очередь зависит приумножение народонаселения? К примеру, никак не могу понять, чем тебе так по нраву этот Китай. Ну ладно, Индия - это понятно, храм любви, Камасутра, Тадж Махал, но Китай?..

- А че я? Я ничего такого, я ко всем одинаково… - залопотала Афродита.

- Так почему же тогда европейцы и одного ребенка завести считают достаточным, а китайцы плодятся, как кролики?

- Слушай, Гера, только не надо на меня чужих собак вешать, ладно? - неожиданно грубо возразила Афродита. - Я отвечаю за любовь, а с любовью в Европе все в норме, как и везде. А то, что они рожать не хотят, это к Деметре, или скорее по твоей части. Ты же у нас Богиня плодородия и брака.

- А ты, милочка, что-то осмелела в последнее время, - удивленно сказала Гера. - Думаешь, если везде салонов красоты да бутиков в честь тебя названных пооткрывали, то и главному богу перечить можно? А то, что болезни дурные тоже в честь тебя «венерическими» именуются, ты забыла?

Афродита насупилась:

- А я ничего против Зевса и не сказала, я к людям ко всем одинаково, а это им решать, детей рожать или карьеру делать. А болезни, так то - по-италийски…