Собрав остатки своего ланча, он упаковал их в подходящую тару и пошел к своей кабинке, уворачиваясь от дверных притолок, низких светильников, труб, по сто раз на дню угрожавших вышибить из него дух. Письменный стол, за которым Джимми сидел, смахивал на беззубый рот, и благодарить за это следовало отца Эмилио Сандоса, пуэрториканского иезуита, с которым он познакомился через Джорджа Эдвардса. Джордж был вышедшим на пенсию инженером, который на аресибской антенне бесплатно проводил экскурсии для школьников и туристов. Его жена, Энн, работала врачом в клинике иезуитского общественного центра, расположенного в Ла Перла - трущобах, начинавшихся сразу за окраиной Старого Сан-Хуана. Все трое нравились Джимми, и он старался посещать Сан-Хуан как можно чаще, хотя сорокамильная поездка по перегруженному транспортом шоссе очень утомляла.

В тот первый вечер, когда они с Эмилио ужинали в доме Эдвардсов, Джимми потешал всех дурашливыми жалобами, перечисляя опасности, грозящие нормальному парню в мире карликов. Когда он сказал, что разбивает колени всякий раз, когда садится за письменный стол, священник наклонился вперед - на красивом лице печать торжественности, хотя глаза искрятся, - и тихо произнес на почти безупречном диалекте Северного Дублина:

- Выньте из стола средний ящик и выкиньте к дьяволу.

На это мог быть лишь один ответ, и Джимми выдал его, расширив глаза в ирландском восторге:

- Чертовски точно.

Энн и Джордж сложились пополам от такого диалога, и с тех пор все четверо стали друзьями.

Ухмыльнувшись этому воспоминанию, Джимми вошел в интернет и отправил на компьютер Эмилио короткое послание: «Пиво у Клаудио в восемь вечера. Просьба ответить до пяти». Идея выпить пива со священником больше его не изумляла, хотя поначалу Джимми поражался этому не меньше, чем когда обнаружил, что у девушек на лобке тоже растут волосы.

Должно быть, Эмилио находился в кабинете иезуитского центра, потому что ответ пришел почти сразу: «Точно».