Лао Ли забыл, о чем хотел говорить, он думал совсем о другом и сам не знал: восхищаться Чжан Дагэ или досадовать на него. Его готовность помочь людям достойна подражания, вот только методы вызывают досаду. Но, может быть, в этом обществе надо действовать именно так? Впрочем, любой обман, даже из добрых побуждений, погружает общество во мрак. И если вдруг засияет свет, людям больно будет открыть глаза.

Чжан Дагэ рассмеялся.

- Лао Ли, ты видел эту молодую женщину? До свадьбы, бывало, от нее слова не добьешься, а сейчас будто трещотка. Года еще нет, как замужем. Года! В конце концов… - Он не стал продолжать, предоставив Лао Ли возможность самому приходить в восторг от результатов этого брака.

Но гость промолчал, занятый собственными мыслями. Никудышный врач отправил на тот свет человека. Неужели над этим не стоит поразмыслить? А он ищет, кто бы помог вызволить шарлатана…

Но Чжан Дагэ истолковал молчание гостя по-своему, решил, что тот озабочен собственными делами.

- Лао Ли, ты рассказывай!

- О чем?

- Да о себе. Почему ты все время грустный?

- Не о чем мне рассказывать.

Назойливость Чжан Дагэ становилась невыносимой.

- Но я же вижу, что на душе у тебя тяжело, или, как теперь говорят, тоскливо.

- В нашем обществе люди мыслящие не могут не тосковать. Кроме… - Лао Ли покраснел.

- Я не в счет, - Чжан Дагэ рассмеялся, левый глаз его превратился в щелку, - хотя и я хорошо понимаю некоторые общественные явления. Можно, например, сказать, что общество погружено во мрак, поэтому всех охватила тоска. А можно еще так: всех охватила тоска, поэтому общество и погружено во мрак.

Лао Ли не знал, что вернее. Общественные явления, мрак, тоска - какой во всем этом смысл? Может быть, мрак - всего лишь череда ненастных дней?