- О, я совсем забыла, - осклабилась госпожа Ли. - А заварка где? - Она произнесла эту фразу так громко, - будто обращалась ко всему Пекину.

- Потише! - сказал муж, он хотел добавить: «Здесь не деревня, где орут на всю улицу», - но опять сдержался.

Желая загладить вину, жена быстро нашла заварку.

- Ой, совсем забыла, воды же нет! - еще громче сказала она.

- Ну, потише же! - скрипнул зубами Лао Ли, и брови его образовали угол.

Она взяла чайник, потопталась на месте, видимо, поправляя вату в туфлях:

- Пойду займу кипятку у соседей.

Он покачал головой. Так и подмывало сказать: «Здесь не деревня, где можно все занимать!»

- Ма, есть хочется. - Девочка потянула мать за руку. Мать обняла ребенка, глаза ее покраснели. В деревне

дети уже спали бы, а здесь, в этом противном Пекине, и этого нельзя, и того. До сих пор дети голодные! Комнаты пустые, даже лежанки нет. Ни ящиков, ни воды - ничего не найдешь, а муж все хмурит брови. Сто Пекинов не сравнятся с деревней!

- Па, есть хочу. - Мальчик стукнул Лао Ли кулачком. Лао Ли поглядел на детей, перестал хмуриться.

- Сейчас папа пойдет и купит вам чего-нибудь. Пекин - не деревня. - Он взял кулачок мальчика в руку и спросил у жены:

- Что купить?

Жена не ответила, но на лице ее он прочел: «Откуда я знаю, что можно купить в вашем Пекине!»

- Па, я хочу земляных орехов и яблочек.

- Па, Лин хочет олехов, - пролепетала девочка.

Лао Ли рассмеялся, ему хотелось сказать детям что-нибудь ласковое, но он не нашел подходящих слов, накинул пальто и вышел из дома.

3

На улице продавали всякую всячину, но Лао Ли не знал, что купить. В самом конце улицы стоял книжный лоток; старый торговец складывал в корзину книги; среди них были «Дама с камелиями», «Путешествие Лао Цаня», первое издание «Лекций по математике»,