Белокурый хищник подкрался ближе к постели и ужасно зарычал. Толстяк Боргмайер побелел.

– Прочь отсюда! – крикнул он. – Убирайся, скотина!

Но лев подбирался все ближе, вот он уже скребет когтями пружинный матрац.

– Пошел вон!

– Он со страху забыл, что надо кричать «Марш назад!» – пояснил Зайдельбаст. – Если он вовремя не вспомнит, лев его непременно сожрет!

– Тогда я сейчас побегу туда и крикну этому льву в самое ухо, – вызвался Конрад и уже собрался бежать на помощь к Боргмайеру.

Но дядюшка Рингельхут удержал его:

– Ты что это выдумал? Твои родители свернут мне шею, когда я им расскажу, что тебя сожрал выдуманный лев!

Зайдельбаст тоже посоветовал Конраду не торопиться.

– Да это и не имеет смысла, – добавил он, – крикнуть должен сам Боргмайер.

Между тем лев уже прыгнул на кровать, ступил передними лапами на живот Боргмайера, растроганно глядя на толстяка. Ему давно уже не доставался такой жирный завтрак. Он раскрыл пасть и…

– Марш назад! – заорал вдруг Боргмайер, и льва как не бывало.

– Да вы в своем уме! – напустился Зайдельбаст на дрожащего Боргмайера. – Не будь это столь затруднительно, я бы на вас рассердился.

– Больше такое не повторится, это уж точно, – пролепетал Боргмайер.

– Я на две недели лишаю вас доступа на опытную станцию, – строго проговорил президент и вместе со своими гостями двинулся дальше.

Вдруг дядюшка Рингельхут начал стремительно уменьшаться в размерах.

– Рехнуться можно! – закричал он. – Что все это значит?

Конрад заливался смехом и потирал руки от удовольствия. Зайдельбаст тоже рассмеялся и сказал приятелю:

– Ну, ты и проказник!

А дядюшка все больше скукоживался. Вот он уже одного роста с Конрадом, вот уже не больше своей трости. Наконец он сравнялся с обычным карандашом.