– И не подумаю, мой милый, любимый дядя, – отвечал Конрад.

– Нет?

– Нет!

– Что ж, как тебе будет угодно! – проговорил дядюшка. – Но в наказание голова у тебя сейчас будет как огромная тыква с зелеными волосами. А вместо пальцев – десять франкфуртских сосисок.

Так и вышло. Голова у Конрада стала громадной, волосы – ядовито-зелеными. И на каждой руке выросло по пять франкфуртских сосисок.

Вороной сказал со смехом:

– Точь-в-точь мишень в ярмарочном тире!

А Зайдельбаст протянул мальчику зеркало, чтобы он мог посмотреть, во что превратился. И Конрад заплакал. А дядюшка Рингельхут так потешался над франкфуртскими сосисками, что нагрудный карман племянника лопнул по шву.

Зайдельбаст посоветовал им поскорее представить себе что-нибудь красивое и пожелать друг другу всего доброго и хорошего.

– Ну что за люди, – пробормотал он. – И будьте любезны, расколдуйте друг друга. Итак, дядюшка крикнул:

– Марш назад!

И племянник тут же принял прежний облик. Тогда Конрад достал дядюшку из кармана, посадил его в траву и тоже крикнул:

– Марш назад!

В мгновение ока дядюшка Рингельхут обрел свои прежние размеры.

– Жалко, что вас не сфотографировали, – сказал Зайдельбаст, – у вас был еще тот вид!

– А теперь – вперед, к Южным морям! – напомнил Негро Кабалло, нетерпеливо шаркая роликами.

Они покинули опытную станцию и президент Зайдельбаст проводил их до самой границы.

– Скажите, а у вас в Безделии еще много свободного места? – спросил на прощание Рингельхут.

– Почему вы об этом спрашиваете? – удивился президент.

– Потому что у нас много людей, которые ничего не делают и которым нечего есть, – отвечал дядюшка.

– Нет-нет, избавьте нас от людей такого сорта! – вскричал Зайдельбаст. – Ведь они же хотят работать! Такие нам тут совершенно ни к чему!

– Жаль! – проронил Вороной.

Дядюшка с президентом обменялись рукопожатием.