– Ни с места! – приказал он. – Нас ждут Южные моря!

И они, не останавливаясь, помчались дальше. Вороной даже уверял, что его ролики раскалились. Но это было явным преувеличением.

Вдоль придорожных канав громыхали детские железные дороги. Иногда можно было услышать щелчок – это переводили стрелку. Затем раздавался свисток паровоза и очередной поезд проносился в сторону леса, над которым парили воздушные шарики. Перед домиком из серебряной фольги сидели пять скотчтерьеров и молча курили толстые шоколадные сигары.

– Пусти меня туда! – взмолился Конрад, – я должен погладить этих собачек!

Но Рингельхут возразил и потребовал:

– А ну-ка, подержи мою трость!

И когда мальчик взял его трость, дядюшка обеими руками закрыл племяннику глаза, чтобы он больше ни на что не заглядывался.

– Вперед, Кабалло! – крикнул Рингельхут и они помчались по игрушечному полю, точно орава Дикого охотника.

– Ну вот, – сказал наконец дядюшка, – теперь ты можешь снова все видеть.

Вороной перешел на рысцу. Конрад огляделся. Игрушечное поле кончилось. Лишь далеко-далеко виднелись воздушные шарики над лесом. И в ту сторону летели пестрые бумажные змеи.

– Жаль, – проговорил Конрад. Но тут Вороной притормозил, остановился и сказал:

– Приехали, всем выйти!

Спешившись, Рингельхут и Конрад огляделись. Они стояли перед обширным зданием, расписанным сказочными персонажами. Из окон выглядывали дети и махали им руками.

– Вероятно, это детский пансион, – предположил дядюшка Рингельхут.

– Ничего подобного! – отрезал Конрад. – Тут совсем другое написано.

И он громко прочитал надпись над порталом:

БЕЗУМНЫЙ МИР