— Я! — откликнулся другой энгах, светловолосый, с тоненькими усиками.

— Да уж вижу, что ты... — вздохнул господин Граши. — Ты, конечно, спас дочку парда Унио от похитителей, но кто тебя просил лишать ее девственности?!

— Она сама меня соблазнила, — невинно ответил распекаемый.

— А пард теперь строчит на нас жалобы, идиот! Садись! Кефир! Тысячу раз тебе говорил — на работе не пить! Выполнил задание — хоть залейся, а на работе — ни-ни!

— На трезвую голову скучно, — пожал плечами краснорожий пузатый энгах.

— Идиот! Садись! Догада! За каким... за каким ты сдал заказчика полиции?!

— Пришлось, — невозмутимо ответил тощий лысый энгах. — Он нанял меня, чтобы я нашел вора его драгоценностей. Однако выяснилось, что он сам украл их, чтобы получить страховку, — а меня нанял для отвода глаз. Я благополучно раскрыл дело... и сдал заказчика полиции.

— Это... — явно опешил Музкельмун арб Граши. — Ну это еще ладно, закон мы стараемся чтить... Но все равно идиот! Нельзя так поступать с заказчиком — заказчик для нас священен! Садись! Обкурыш! Ты... ты просто идиот!

— А я-то что не так сделал? — возмутился рослый энгах с квадратной челюстью.

— Сам прекрасно знаешь! Я вообще тебя терплю только потому, что ты все-таки талантливый сукин сын! Но так работать нельзя! Садись! Рубака! Где Рубака?! — повысил голос старшина гильдии.

— Его вы на прошлой неделе выгнали, шеф, — подсказал кто-то из первых рядов.

— Ах да, забыл... Жаль парня, но правила есть правила... Кстати, его Слово было вычеркнуто?

— Конечно, шеф.

Я наклонился к Джемулану и тихо спросил:

— Слушай, это что — их имена?

— Нет, конечно, — презрительно посмотрел на меня сид. — У Граши-хама есть привычка — он всем раздает прозвища.

— А у тебя тоже есть?

— Конечно.

— И какое?

— Бриллиант.

— Да тебе повезло с кличкой-то...

— Да. Я начальство пока еще не подводил ни разу.