- Я сказала ВСЁ!!! Я сказала ВСЁ!

Холодильник продолжал тарахтеть свою изношенную песнь. А Элис решила успокоить птицу. Успокаивать холодильник было бесполезно, свой рабочий ресурс он отработал ещё в прошлом веке. Родители говорили, что не выбрасывают холодильник на свалку из уважения к его сединам, а на самом деле мама, таким образом, экономила деньги. Она на всем экономила, даже новые вещи она надевала через несколько лет после покупки, пытаясь таким образом продлить срок их службы.

- Я сказала ВСЁ!!! - ещё раз выкрикнула птица. Сделав круг по комнате, она подлетела к окну и, толкнув форточку, вылетела.

- Ну, куда же ты?! - воскликнула Элис. - А как же поиграть? Птичка ...хорошая...

Но Дусе-Мусе было не до игр, она была не птица...

Глава 3

Совещание в изумрудном зале

Алмазная люстра освещала покрытый парчовой скатертью продолговатый стол, стоявший посреди огромного изумрудного зала. Гигантские сталактиты, свесившись с янтарного потолка, казалось, охраняли неземную красоту неведомого царства. Вокруг стола сидели люди и тихо слушали маленького дрожащего человека в черной одежде.

- Не верьте глазам своим, если вдруг услышите, что эта история произошла в Дремучем Лесу, Таежной Глухомани. Все было наоборот, история эта произошла в Лесной Глухомани, Дремучей Тайге. Поверили, а зря. Лес был светлым, ярким, ароматным. А знаете, почему он был таким? Потому, что здесь жили милые обитатели со светлыми чувствами, добрыми сердцами...

- Подожди, подожди, - прервал его громоподобный бас. Голос принадлежал мужчине атлетического телосложения. Звали этого человека Желми, сокращенное от Желтого медведя. Всем своим видом он напоминал медведя - большого и сильного, только с копной каштановых волос и в желтом пиджаке.

- Ты что бормочешь? Тебя за чем посылали?

От такого вопроса докладчик съежился, и даже уменьшился наполовину в размерах. Маленький человечек, с повадками зайца: уши торчком, огромные косые глаза, легкая дрожь в руках. На его сутулых плечах мешком висел потертый фрак, надетый на тонкий свитер с обвислым воротником. Черзи, так звали докладчика, сконфуженно стал оправдываться: