Он перечитывал книгу несколько раз, вживался в роль автора, дописывал недостающие страницы от руки на тетрадных листах, и вклеивал вместо недостающих. Если он читал эту книгу раньше и помнил содержание, то придерживался официальной версии. Незнакомые произведения реставрировал на свой страх и риск. Вряд ли у него получалось лучше, чем у классиков, но сокамерникам нравилось его творчество. Когда ему пришлось дописывать «Мартина Идена», Суицид долго не мог войти в образ Джека Лондона и неверно описал самоубийство главного героя. Перечитав, остался недоволен, вырвал вклеенные страницы и переписал заново. На следующий день его не устроил и этот вариант. За неделю это произошло несколько раз и стало почти навязчивой идеей. Выручил Суицида розовощекий, жизнерадостный актер Владимир Долинский, привлекавшийся за какие-то валютные махинации. Суицид хорошо помнил его по фильму «Барон Мюнхаузен», где Долинский играл священника. Но, видимо, плохо вжился в образ и нарушил одну из десяти заповедей «Не укради».

 Не суши голову, старик, - сказал он Суициду на прогулке. - Мартин Иден утонул.

 Можешь поподробней? - попросил Суицид, - для меня это очень важно. Постоянно об этом думаю и не нахожу себе места. Не могу понять кто виноват в его смерти.

Долинский сбил пепел сигареты, и немного подумав, сообщил:

 Мартин Иден ночью прыгнул за борт корабля который шел в океане. Он держался на воде настолько долго, насколько ему хватило сил. Но участь его была предрешена. И виновным в его смерти был Джек Лондон.

После прогулки тюремный библиотекарь открыл кормушку и прокричал:

 Смена книг.

«Странный человек был этот Джек Лондон,» - подумал Суицид и со смешанным чувством расстался с «Мартином Иденом».