– Не надо, Тоха.
– Почему? – жарко и жалобно прошептал он.
– Мы теперь друзья…
– Ну и что?
– Друзья этим не занимаются.
Антон хотел спросить, чем же тогда занимаются друзья и что, есть какие-то правила для друзей, может, они где-то написаны? – но вместо этого пискнул:
– Я люблю тебя.
Наська поморщилась и осторожно отстранилась.
– Тоха, понимаешь, мне нравится другой человек…
Антон сначала не понял, но когда смысл дошел до него, показалось, что он летит куда-то вниз, в грязь, корябаясь о бетонные стены колодца. Наська смотрела на него. «Как друг».
– И что, совсем?… – задохнулся Антон.
– Совсем.
– Навсегда?
Наська кивнула.
– А я? А что мне делать?
Отчаяние засасывало Антона, он пытался уцепиться за что-то, если бы Наська сказала хоть что-то… обнадеживающее, это было бы уступом. Но его руки скользили, не находя ни малейшей шероховатости.
– Я не знаю, что тебе делать.
Как топором по рукам. Взмах – и готово!
– Но ты же… – вскрикнул Антон и осекся. Он хотел сказать, что Наська – самое дорогое, что у него есть, что она одна знает его и понимает, что никто и никогда не заменит ее, потому что… Но слова застряли где-то в груди. И Наська могла прочитать их только у него в глазах. Но она не хотела.
Антон прерывисто вздохнул. Прижался губами к Наськиному плечу. Прошептал:
– Я без тебя сдохну.
– Я у тебя есть. Как друг, – Наська погладила его по волосам. Осторожно, боясь заронить надежду.
– Обещаешь?
Наська посмотрела в его широко распахнутые янтарные глаза с мокрыми ресницами и сказала:
– Обещаю.
Это была их самая страшная клятва. И Антону стало легче. Ненамного. Но стало. Он сполз с диванчика – друзья вместе не спят (а кто сказал такую херь?) – и сел на полу. Саднили ободранные о бетон плечи. В горле пересохло. В животе, в районе солнечного сплетения – будто камнями придавило – но все равно пульсировало «я у тебя есть… я у тебя есть…». «Я сдохну,» – подумал Антон. Он ждал, что Наська хотя бы погладит его по голове, но она отвернулась и закрыла глаза. Друзья не гладят друг друга по голове. Хрен знает, чем они вообще занимаются.