«Наверное, я опять блевану», - подумал он. И добавил вслух: «Хотя окрестностям не привыкать».

Эта мысль вновь заставила его рассмеяться. Улыбка все еще висела на лице, когда он откручивал пробку и подносил горлышко к носу. Запах есть, но слабый. Может, это вообще вода, а не водка… запах мог быть и остаточным. Пит поднес горлышко ко рту, одновременно надеясь на то, что в бутылке и водка, и вода. Ничего феерического он не ожидал, да и напиваться в хлам совсем не хотелось: кому понравится сломать шею, спускаясь с разгрузочной площадки? Но ведь интересно же! Да и родителям эта штука отчего-то нравилась.

- Смельчаки, вперед, - почему-то сказал он и сделал маленький глоток.

В бутылке была не вода, это точно. Вкусом жидкость напоминала скорее горячее масло… и Пит сглотнул, больше от удивления. Водка скользнула по его горлу и взорвалась в животе.

- Ешкин кот! - закричал он.

Из глаз брызнули слезы. Пит держал бутылку в вытянутой руке, словно она только что укусила его… но жжение в желудке уже сходило на нет, а в остальном он чувствовал себя вполне нормально. Он не был пьян, и блевать его не тянуло. Так что он сделал второй глоток, уже представляя себе, чего ждать. Жжение во рту… жжение в горле… ба-бах в животе.

Неплохо, на самом деле. Теперь он ощущал покалывание в руках. И в шее. Но не то, с которым немеют конечности – наоборот, что-то словно готовилось пробудиться.

Пит снова поднял бутылку, затем опустил ее. Не стоит забывать о том, что он может упасть с площадки или разбить велосипед по пути домой («А могут арестовать за вождение велика в нетрезвом виде? - мелькнула мысль. – Наверное, могут»). Выпить чуть-чуть, чтобы потом похвастаться – это одно, а вот напиться по-настоящему – совсем другое. Родители все поймут, едва увидев его, и нет никакого смысла притворяться трезвым. Они напиваются, их друзья напиваются – короче говоря, они поймут.