Словами горькими надменных отрицаний

Я вызвал сатану. Он стал передо мной

Не в мрачном торжестве проклятых обаяний, -

Явился он, как дым, клубящийся, густой.

Я продолжал слова бесстрашных заклинаний, -

И в дыме отрок стал, прекрасный и нагой,

С губами яркими и полными лобзаний,

С глазами, темными призывною тоской.

Но красота его внушала отвращенье,

Как гроб раскрашенный, союзник злого тленья,

И нагота его сверкала, как позор.

Глаза полночные мне вызов злой метали,

И принял вызов я, — и вот, борюсь с тех пор

С царём сомнения и пламенной печали.

27 сентября 1891

Стоит пора голодная,

Край в лапах нищеты.

Отчизна несвободная,

Бездомная, безродная,

Когда ж проснешься ты?

Когда своих мучителей

Ты далеко сметешь,

И с ними злых учителей,

Тебе твердящих ложь?

13 ноября 1891

В поле девушка ходила