— О, мисс Вавум, — воскликнул репортер из «Жаба», подкатываясь к ушедшей на покой звезде экрана и сцены, — до чего же приятно снова видеть вас в редингском обществе! Кстати, как вы оцениваете эпитет «некогда блистательная»?

— А вот так, — ответила Лола, укладывая борзописца встречным в челюсть.

Раздался крик, сработала вспышка, и прямой репортаж сменился выпуском новостей, где растроганный диктор, пряча улыбку, рассказал душещипательную историю о том, как пожарная команда выручала застрявшего в трубе котенка. Затем он представил любимую редингскую ведущую прогноза погоды, Банта Мактвинкль.

— Жителей Рединга ожидает еще один облачный день почти без солнца, — бесстрастно заговорила Банта. — Живем, словно в пластиковом контейнере.

Пандора нажала кнопку на пульте, и экран погас.

— Я надеялся хоть на сей раз попасть в местные новости, — уныло сказал Джек, — даже если бы меня разнесли в пух и прах.

* * *

Бен приполз в одиннадцать, причем шумел больше обычного. В спальне у мистера и миссис Коммикс зажегся свет, что всегда служило недобрым знаком. Джек как можно быстрее затащил сына в дом.

— Пил?

— Перебрал. Высосал целых два шанди.

— Да ты почти алкоголик. Как твоя арфистка? Ей понравились наковальни?

— А, эта, — фыркнул сын, снимая куртку и заталкивая ее в гардероб. — Она ушла с Брайаном Ивзом, который играет на тубе. Она сказала, что это самый сексуальный инструмент среди духовых.

— Ох, Бен, — вздохнул Джек, — какая жалость.

— А ну ее к черту! — ответил тот, пробираясь по лестнице в спальню, к долгожданному забвению любовных страданий с помощью небольшой дозы алкоголя. — Да, к черту!

* * *

Джек лег в полночь и проснулся на заре, разбуженный Мадлен, которая юркнула в постель, благоухая шампанским, канапе и тяжелым трудом.