Химера-двухлетка - это хуже, чем обезьяна с гранатомётом. (Каламбур в том, что при создании многих из них использован генетический материал обезьян). Однако юный киборг с видимым безразличием шагал по улице, сжатой серыми коробками полузаброшенных домов с заснеженными крышами, не обращая внимания на изредка доносящееся шипение, улюлюканье и обидные оклики тварей, наблюдавших за ним из разбитых окон и с карнизов.

- Вали отсюда, хрен железный! - подлаивало несколько голосов из чёрных оконных провалов.

- Пошли на хер! - Раум показал средний палец куда-то вверх, не поднимая головы. Ему надо вперёд, и он идёт. Ему нужны деньги.

- Уж не на твой ли, кибер? А не боишься?

Раум не отвечал, хотя молодая кровь так и кипела. В спину полетели мелкие камешки.

- Ну давай, постреляй в нас! - подзадоривали химеры парня, прекрасно зная, что у него нет не то что дикрайзера - с недавних пор запрещённого кибер-оружия, но даже захудалого самопального огнестрела. Свободным киборгам - их унизительно называют бесхозными - запрещено носить любое огнестрельное оружие. Вот правительственным солдатам или наёмникам Мастеров можно иметь даже дикрайзеры!

Когда Император Велиар пришёл к власти, и в стране некоторое время царила неразбериха, Раум бросил Академию, не дотерпев до выпуска каких-то четыре года, и потому не имел права вступать в ряды правительственных кибер-отрядов. Можно было, конечно, податься наёмником, но на четырнадцатилетнего мальчишку смотрели как на пустое место и не воспринимали всерьёз. Очень зря. Сейчас, по прошествии двух лет, Раум уже успел доказать в Колизее, что может расправиться с противником голыми руками. Знали это и молодые химеры, улюлюкающие и обзывающиеся сейчас с безопасного расстояния.

- Ну, кибер, давай, доставай свою пушку!

Раум, остановившись перед массивными железными дверьми Колизея, вдруг резко развернулся и ядовито усмехнулся:

- Зачем? Скоро сами окочуритесь!