– Это ты прятался за углом?

– А кто же еще!

Алексей Палыч взглянул на табло. Оставалось тринадцать минут. Может быть, и не эта электричка... Но рисковать нельзя. Однако чем рисковать и что нужно делать, Алексей Палыч рассказал ему все в двух словах.

– Ну я ей рога обломаю, – с угрозой сказал Борис.

– Боря, тут совсем другое.

– С мальчишкой-то справлялся!

– И она совсем другая. Ты ведь понял, что ее знают у нас. Ну может, не ее, а копию, но ведь это не объяснишь.

– Эх, Алексей Палыч, говорил я вам – не нужно было с ними связываться...

– Боря, – сказал Алексей Палыч, – на рассуждения времени нет. Или что-то делать, или ехать домой. Нет, домой нельзя. Если они не вернутся, я никогда себе не прощу.

– Ехать с ними.

– Может быть, и так. Беги на перрон, поищи, в какой электричке.

Борис скрылся.

Алексею Палычу, которому Борис так неожиданно помог принять решение, стало совсем тоскливо. Попал он между двух жерновов: с одной стороны Космос, с другой – жена. Еще когда тянулась история с мальчиком, заподозрила она, что Алексей Палыч скрывает какого-то ребенка, разумеется, не космического. Такие подозрения никогда полностью не рассасываются, они затаиваются, ложатся на дно и всплывают при первой возможности. Как же теперь объяснить свою отлучку? И сколько будет длиться эта отлучка? Как быть со школой, где он не закончил экзамены? Теперь-то, конечно, он мог бы все рассказать жене. К чему это приведет, Алексей Палыч знал точно: к подозрению в подлых поступках прибавилась бы уверенность, что он помешался.

Много бы отдал Алексей Палыч за то, чтобы все можно было закончить сейчас, сию же минуту. Возник у него в голове даже мысленный диалог. "Отдай руку, – сказал ему некто, – и все кончится". – "На", – ответил Алексей Палыч. "Нет, лучше ногу". – "Бери, бери, только быстрей".