– Боря, – шепотом сказал Алексей Палыч, – мне кажется... Ну, не то чтобы кажется... А вдруг она искусственная?

Борису никогда ничего не нужно было разжевывать.

– Робот, что ли?

– Что-то в этом роде.

– А если робот, то тогда и говорить не о чем. Вызовем ее в тамбур... Двери эти, если поднажать, открыть можно. Какой она там ни робот, а грохнется об рельсы – все винтики разлетятся.

– Ты с ума сошел! Я ведь только предполагаю...

– Давайте проверим. Я сяду сзади и уколю ее чем-нибудь. Закричит или нет?

– Ерунду говоришь, – поморщился Алексей Палыч. – Если они умеют посылать своих представителей... через Космос, да еще мгновенно, то уж никакие уколы для них не страшны. А потом – ты, наверное, не читал могут быть люди-роботы. В некоторых странах ученые, если их так можно назвать, занимаются этим. Они ищут препарат, который делает человека послушным и бездумным. Единственная радость для такого человека выполнить приказ: вскопать огород или убить, для него безразлично. Он – человек, но он – робот. Хотя девица эта выглядит довольно разумной... Когда я говорил "искусственная", я имел в виду искусственный мозг. И очень хотелось бы знать, что сейчас в этом мозгу. А на винтики разбирать ее не стоит. Скорее всего, их там нет. Это тебе не кружок "Юный техник".

– Ну ладно, – согласился Борис, – я ляпнул. Ну вот они выйдут... Что мы будем делать?

– Пока не знаю, – вздохнул Алексей Палыч.

Электричка начала замедлять ход перед станцией.

– Иди, – сказал Алексей Палыч.

Борис исчез и не появлялся еще остановок десять.

Вагон понемногу пустел. Стена леса за окном все реже прерывалась полянами и просеками. Исчезли грибнички-старички, бредущие вдоль полотна дороги. Конечная станция приближалась неумолимо.