- Не нужно, - сказал Алексей Палыч. - Мы сделаем настоящий трут. Надо только следить, чтобы не отсырел.

Безымянная пока для Алексея Палыча девочка помешивала в котелке. Гречневая каша из концентрата уже не булькала, а солидно пыхтела. Обманутые комары пикировали в котелок и оставались в нем навеки. Но это никого не пугало. После того как в нее вывалили банку тушенки, в воздухе поплыли волны невыносимо вкусного запаха.

На разостланном лоскуте полиэтилена появились пластмассовые миски, деревянные ложки и железные кружки - по одной на каждого, исключая нахлебников.

Тем не менее первая миска досталась Алексею Палычу. Ее подал Стасик.

- Ешьте, ешьте, - засмущался Алексей Палыч, - я в последнюю очередь.

- Если бы не вы, мы вообще бы на хлебе и воде сидели, - сказал Стасик. - Это уж точно. Я вам на двоих положил. Я могу прямо из котелка.

- Чтобы больше досталось, - заметил бывший караульщик.

- Шурик, - заметил Стасик, - я человек благородный. Мои чувства измеряются не жратвой, а совсем другими вещами.

- Тогда тебе и котелок мыть.

- Посуду я вымою, - сказал Борис. Это было его первое обращение к ребятам. Никто не удивился.

- И завтра - тоже, - уточнил Шурик. - У нас дежурство по суткам.

Борис молча кивнул. Пора длинных речей для него еще не настала.

Ложек заговорщикам не досталось. Очевидно, походное гостеприимство не распространялось на сугубо личные вещи. Но и щепочками у них получалось неплохо. Правда, даровая каша сильно смущала Алексея Палыча. Но тут уж ничего не поделаешь: чтобы бороться, надо жить, а чтобы жить - надо питаться хоть время от времени.

Лжедмитриевна сидела рядом со всеми и молча поглощала кашу. Она вообще была удивительно немногословна для руководителя. Умение не торопиться, не контролировать каждую мелочь - хорошее качество. Но должна быть и разница между руководителем и наблюдателем. "Мадам" вела себя скорее как наблюдатель. Алексей Палыч удивлялся, что ребята пока этого не замечают.