От удивления бабушка широко раскрыла свои голубые глаза.

— Какие вы все быстрые! — весело воскликнула она. — Впрочем, вы, наверное, правы, надо воспользоваться хорошей погодой. Все еще собираетесь посмотреть эти арены? Хорошо, хорошо… Пойду хоть испеку вам пирожок на дорогу. Альпинистам я уже все собрала.

У ворот Фредерик возился с машиной, укладывая в багажник ботинки, крюки и репшнур — одним словом, всю свою горную амуницию. Вышел Бертран с аккуратно сложенной красной нейлоновой курткой в руках.

— И не думай, что я позволю занимать место такой чепухой! — заявил Фредерик.

— Ну как же… — начал было Бертран.

— Я тебе уже сказал, оставь ее здесь. По-моему, понятно? Лучше помоги мне приторочить палатку и ледорубы к седлу, где должен был ехать этот предатель Станислав… Ну так, вроде все, если не считать спальных мешков… Куда это ты намылился? — добавил Фредерик, взглянув на Люка.

— За электрическим фонариком, — сухо ответил Люк. — Мы с Симоном уезжаем одновременно с вами.

— Ах, да-да, римские арены… Ну конечно, каждый выбирает меч по руке…

Люк сжал кулаки, но сдержался. Если бы не бабушка, которая его так ласково встретила в своем розовом домике, он бы сейчас как следует врезал этому задавале. Он быстро вышел из сада. В конце концов какое ему дело до Фредерика? Скорей всего, он никогда в жизни его больше не увидит…

На покупку фонарика ушло немало времени, потому что пришлось обойти несколько магазинов, прежде чем найти такой, какой ему хотелось. Когда он снова появился в саду, Симон, к его крайнему изумлению, был уже совсем в другом настроении. Он упрекал его за долгое отсутствие, критиковал выработанный маршрут, предлагал почему-то заехать в Бриансон… Короче, теперь все ему не нравилось.

— Что случилось? Что с тобой? — растерянно спросил Люк, совершенно сбитый с толку поведением товарища.