И вот что: как только эти два альпинистика отправятся на свое восхождение, мы сможем заняться автостопом. В прошлом году я так изъездил всю Нормандию. Колоссально! Мы с Патриком даже под мостом ночевали… Представляешь, началась жуткая гроза, мы промокли до нитки — ты бы только посмотрел на нас! — и чуть не умерли со смеха! Ну, как? Согласен? — настойчиво спросил Симон. — Возьми с собой спальный мешок и, конечно, все, что у тебя есть для турпохода. Договорились? Ну, все, старик! Я еще не знаю точно, когда мы уезжаем… Скорее всего, завтра. Я позвоню тебе. Привет!

И Симон ушел, насвистывая, а Люк еще долго стоял посреди аллеи и никак не мог опомниться. Как это похоже на Симона! Вдруг ему что-то взбредет в голову, и он развивает такую зверскую энергию и действует с таким напором, что и оглянуться не успеешь, как уже бежишь за ним следом, даже не зная, хочешь ты этого или нет.

«Вот так история, — думал он. — Я шатался по улицам, не зная, куда себя деть, и вдруг… Лес Фонтенбло, да еще в такую жару, куда заманчивей Люксембургского сада, а главное… автостоп…» Люк всегда об этом мечтал и уже представлял себе, как они будут то шагать по дорогам, то останавливать попутные машины… Здорово ему повезло! Лишь бы только Симон не передумал в последнюю минуту, лишь бы он не забыл ему позвонить, лишь бы…

Но Симон не передумал, Симон позвонил, и на следующий день, часа в три, Люк со своим товарищем подходили к дому «Всеобщей бабушки». Дом этот стоял на опушке соснового леса: стены из розового кирпича, серые ставни, вокруг — запущенный сад, а за ним — небольшая лужайка с огромной липой.

— А вот и я! — завопил Симон во всю глотку.

В ответ раздались радостные крики, и навстречу мальчикам выбежали две светловолосые девочки, а за ними семенила круглолицая, маленькая, седая как лунь старушка в голубом платье. Как раз в цвет ее голубых глаз.

— А, дорогой мой мальчик, какое счастье, что ты приехал! — воскликнула она.