Дети прошли мимо кооперативной молотилки. Там люди сгружали с повозок снопы овса и подавали их на машину. Молотилка гудела, и Гонзик видел, как из её красного горла сыплется солома. Около машины уже стоял большой стог. Впереди у мешков работали двое мужчин. Они окликнули детей, но Гонзик не разобрал, что они говорят, — ему нужно было следить, чтобы ничего не случилось с хвостом змея.

На другом конце поля Виктор подбросил змея кверху и побежал против ветра. Змей закачался и взлетел. Виктор быстро разматывал верёвку, и змей подымался всё выше и выше.

— Смотрите, он смеётся! — возбуждённо воскликнул Гонзик.

— Он не смеётся, — возразил Ферда, — а хмурится!

— Неправда! Я его знаю, — решительным тоном вмешалась Терезка. — Внизу он хмурится, а наверху смеётся: на то он и змей.

— Вот видишь! — ответил Гонзик и благодарно посмотрел на Терезку: какая умная девочка!

Кто-то из работавших у молотилки позвал Виктора и попросил его принести воды — им очень хотелось пить.

Виктор, который держал в руках верёвку, нерешительно посмотрел на обоих мальчиков. Которому из них доверить змея? Наконец он протянул моток Гонзику и строго сказал:

— Хорошенько держи! Не выпускай моток из рук!

— Ладно, — ответил Гонзик, и у него задрожали от волнения руки.

И вот он держит верёвку, а к другому концу её привязан змей. Он поднялся уже так высоко, что нельзя было различить ни носа, ни рта. Змей лишь тихонько кивал головой и поворачивал хвост то вправо, то влево. Гонзик чувствовал в руках лёгкое подёргивание. Как это было прекрасно! Он готов был пускать змея до самого вечера!

Когда Виктор ушёл, к Гонзику подошёл веснушчатый Ферда и тихо попросил:

— Дай мне змея!

— Нет, — отказался Гонзик.

— На минутку, — клянчил Ферда.

— Даже на минутку не дам! — ответил Гонзик. Он помнил, что ему наказывал пионер Виктор.