Россия тысячу лет страдала от нищенства и бесправия. Ес­ли нынешняя чиновничья номенклатура, олицетворяющая социалистическую реакцию, не задушит уже осуществлен­ные, равно как и объявленные реформы, то Россия спасена, и никто не остановит ее движение к свободе и процветанию. Но пока что продолжается медленное течение странного вре­мени — времени выживания и надежды. А еще — времени равнодушия к бесправию и произволу. И гадания, как на ле­пестках ромашки, — «задушит чиновник — не задушит».

Господствующая и торжествующая продажная номенкла­тура, будучи авторитарной по определению, упорно форми­рует мнение о необходимости авторитарного режима, ловко использует их в целях усиления собственной власти. Наби­рающее силу отмывание прошлого, особенно злодеяний Ле­нина и Сталина, навязчивая пропаганда «славных подвигов» спецслужб, как грязных денег, — очевидное тому доказа­тельство. Ползучая реставрация нарядилась в одежды стаби­лизации. Разрыв между словами и делами снова стал повсе­дневным занятием политиков. Иными словами, непереноси­мо, когда рушится здание, в фундаменте которого есть и твои кирпичи. Даже в страшном сне не могло присниться, что по стране зашагают отряды мерзавцев, а не созидателей, готовых отстаивать свободу человека.

Не везет России с реформами. Давно не везет. Точнее и тоньше всех высмеял наши реформы, начиная с петровских, Николай Гоголь. Во 2-й части «Мертвых душ», которые пре­вращены гением писателя из мертвых в «вечно живые», на­правил он незабвенного «вечно русского» — старого и ново­го — Павла Ивановича Чичикова к неистовому реформатору полковнику Кошкареву, истинному птенцу «гнезда Петро­ва», безгранично верившему в бюрократические начала ре­форм.