— Сходи за ней. А я займусь тварью.

Она кивнула на мимикрона, который, отчаянно цепляясь лапами за стенки душевой, пытался добраться до двери.

— Пожалуйста, без обид, милочка, — попросил Рекс, — но ты умеешь только управлять порталами. Может, я останусь и помогу тебе?

— В тот день, когда я не смогу избавиться от обычного мимикрона, я скажу, что люблю тебя.

— Даешь слово?

— Ни за что, — ответила она и помахала рукой.

На чердаке было темно, пахло старыми газетами и промокшими матрасами. Мистер Бенджамин залез туда первым, Чарли — за ним.

— Мама! — крикнул Чарли.

— Моя дорогая! Ты здесь? — позвал папа.

Пока они обшаривали чердак, Пинч отвел Рекса в сторону.

— Больше не смей откалывать номера. А что, если бы ты ошибся и это был вовсе не мимикрон?

— Я же не ошибся, — сказал Рекс.

— А если бы ты поранил женщину? Представляешь, что бы тогда нам сказали в Главном управлении?

— Ничего ведь не случилось.

Пинч закатил глаза.

— Операции назначаются Главным управлением, но только я принимаю решение об их проведении. Я отвечаю за соблюдение инструкций. Принимаю вызов. Вы только исполнители. Вот так, все очень просто.

— Нет, не просто, — возразил Рекс. — Чутье подсказало мне, что с женщиной что-то не так, а оно меня никогда еще не подводило. Тебе этого не понять. У тебя нет Дара. Больше нет.

Пинч взвился, словно его ужалили.

— Прости, Пинч, — продолжал Рекс. — Я не хотел тебя обидеть. Просто я действую, когда считаю нужным.

— Я тоже, — сказал Пинч. — И если еще хоть раз ты что-то сделаешь без моего разрешения, я поставлю перед Советом вопрос, чтобы тебе дали испытательный срок.

— Не сомневаюсь.

— Эй, идите сюда! — крикнул Чарли. — Мы ее нашли — она в ракете!

Последние два дня Ольге Бенджамин пришлось провести в старой коробке от холодильника, которую Чарли с папой приспособили для игры в астронавтов, сделав из нее что-то вроде космического корабля. Руки и ноги Ольги были связаны, а рот заткнут грязной тряпкой.