изумруд моей земли. Но неужели ты думаешь, что англий-

ские лендлорды добровольно откажутся от нас, их рабов?

Если ты думаешь так, то поверь мне, это большая ошибка.

 Но если поможем Якову…

 Своими костьми!

 То в благодарность, он подарит Ирландии полную

свободу!

 Держи карман шире!

 Да что ты всѐ смеешься и смеешься!

 Потому что с детства среди прочих истин я усвоил

одну: счастье не дарят – его завоевывают!

 И мы завоюем его!

 Чем? Тем ржавьѐм, с которым вы идете на пушки?

Что противопоставить их латам? Тощие тела, едва прикры-

тые тряпьем?

 Святой дух свободы с нами!

 Ну и души их этим духом! – снова разозлился Кинг. –

Когда алебарда раскроит твой череп, твои мозги провет-

рятся и ты, может быть, разберешься, что к чему. Вот толь-

ко будет слишком поздно, так как вряд ли они тебе понадо-

бятся! – сказав это, Кинг повернулся и быстрыми шагами

двинулся дальше по улице.

Майкил нагнал его минуту спустя. Пристроившись в лад

его шагам, он тоном человека, принявшего окончательное и

бесповоротное решение, сказал:

– Всѐ равно, мое место – там.

Кинг зло сплюнул и прибавил шаг.

Опытный моряк, крепко потертый не только морем, но и

жизнью, он отлично понимал, что этого юного, пылкого ир-

ландца с открытым, чистым лицом, обрамленным прядями

густых черных волос, теперь уже не свернуть с этого пути и

лишь смерть способна остановить его. Но он не учел слу-

чайностей, которыми изобилует мир, крепко меняющими

всѐ течение полноводной реки – человеческой жизни.

Вечером Кинг облазал барк, ища друга, но его уже не

было на судне. Он ушел, чтобы, изменив свою судьбу, кру-