— Вы оба несколько неуклюжи, братцы, — сказал Ченда. — Я вам покажу, как надо действовать.

Мирек с Алешем замолчали, а Ченда поднял руку.

— Что тебе? — приветливо отозвалась учительница.

— Можно мне вымыть кисточку под краном? — спросил Ченда. — У меня в баночке уже нет воды.

— Можно, — благосклонно разрешила Мирослава, — но в следующий раз наливай не меньше полбаночки, чтобы на уроке не мешать товарищам.

Ченда с демонической усмешкой обмакнул кисточку в синюю краску и не спеша поплелся к умывальнику.

Еще секунда и на рисунке новенькой оказалась бы большая синяя клякса. Вдруг эта бестия повернулась и подставила Ченде подножку.

— А-а-а-а! — завопил Ченда и упал, ударившись носом.

Кисточка вылетела у него из рук и оставила на паркете большое синее пятно.

— Что ты вытворяешь? — нахмурилась учительница. — Ты не только нарушаешь урок, но даже ходить как следует не умеешь. Вон сколько пятен насажал на паркет!

Мы, Мирек, Алеш и я, переглянулись, а новенькая опять сидела как ни в чем не бывало. Словно Ченда не лежал на полу и не держался за нос.

— Возьми тряпку, — строго сказала классная, — и вытри как следует пол. Твой сосед тебе поможет.

Сосед Ченды — это я. Поэтому пришлось встать и идти ему помогать. Мы взяли тряпки и принялись вытирать пол возле Руженкиной парты.

— Хорошенько, — подгоняла нас учительница, — паркет должен блестеть, как зеркало.

А Руженка, которая перед уроком так благовоспитанно кланялась, пинала нас ногой и тихо смеялась.

— Работать, работать, рабы! Это вам за то, что приставали ко мне.

После рисования мы все четверо были ужасно разозлены, потому что ничего подобного с нами еще не случалось.