Как только президент Колумбии, Альваро Урибе, и политическая элита страны осознали масштабы восстания пользователей Facebook, они сделали все возможное, чтобы оно имело успех. Буквально через пару недель после первых сведений о готовящейся акции начальник местного военного подразделения предоставил Моралесу трех телохранителей и автомобиль, которым тот пользовался во время марша 4 февраля. Мэры и городские администрации разных городов Колумбии тесно сотрудничали с активистами акции, чтобы никто не помешал ее проведению.

Надо сказать – этот факт заслуживает внимания, – многие колумбийцы вступили в группу на Facebook под своими настоящими именами. Ко дню проведения марша протеста в ней зарегистрировалось 350 тысяч пользователей. После десятилетий запугивания, служба Facebook предоставила молодым жителям страны простой способ заявить о своем недовольстве.

Даже после того как сообщения об общенациональном марше протеста стали ежедневной темой центральных полос газет, а веб-сайты – основным средством распространения информации, сеть Facebook оставалась главным источником информации. «Facebook была нашей штаб-квартирой, – вспоминает Моралес, – нашей газетой, нашим центральным командным пунктом, нашей лабораторией до начала акции».

Моралес координировал действия по подготовке демонстрации в городе Барранкилья. Он ожидал, что в ней примут участие 50 тысяч человек. На самом деле пришло 300 тысяч – практически 15 процентов местного населения. Участники марша протеста заполнили улицы более десяти городских кварталов. В полдень Моралес выступил с заявлением, что все участники группы вышли на акцию согласно достигнутым договоренностям. Это выступление транслировалось телевизионными каналами всей Латинской Америки.