Так я метался в жизни суетливой,

Явились Вы - и я с мольбой стыдливой

Смотрю на стан, стройней озерных лоз,

И вижу ясно, как смешон вопрос.

Теперь я знаю, гордый и счастливый,

С чего начать.

2

Трижды в темный склеп страстей томящих

Ты являлся, вестник меченосный,

И манил меня в страну иную.

Как же нынче твой призыв миную?

Жгу, жених мой, желтый ладан росный,

Чуя близость белых крыл блестящих.

Первый раз пришел ты на рассвете,

На лицо опущено забрало,

Ноги пыльны от святых скитаний,

Но ушел один ты в край свиданий;

Сердце, вслед стремясь, затрепетало

И любовь узнало по примете.

Долго дни текли в тупом томленьи;

Помнил я тебя и ждал возврата,

Скоро ль снова встанешь на пороге?

Средь пустынь полуденной дороги

Встретил я обещанного брата

И узнал знакомое волненье.

Но прошел и этот раз ты мимо.

На прощанье нежно улыбнувшись,

Струйкой золота исчез в эфире.

Я опять один в тревожном мире;

Лишь порой душа, от сна очнувшись,

Вспомнит о тебе, мечом томима,

В третий раз приходишь на закате;

Солнце рдяно к западу склонилось,

Сердце все горит и пламенеет,

И теперь твой лик не потемнеет,

Будет все, что прежде только снилось,

Не придется плакать об утрате.

3

Коснели мысли медленные в лени,

Распластанные кости спали в теле,

Взрезать лазурь голубки не хотели,

И струй живых не жаждали олени.

Во сне ли я, в полуденном ли плене

Лежал недвижно у недвижной ели?

Из купола небес, как из купели,

Янтарь стекал мне сонно на колени.

Вдруг облак золотой средь неба стал,

А горлицы взметнулись тучкой снежной

С веселым шумом крыл навстречу стрел.

Сквозь звон, и плеск, и трепет, как металл,