Грозовых туч клочки.Неживая зелень чахнет.Все моторы и гудки,-И сирень бензином пахнет.Ключевую воду пьетИз ковша спортсмэн веселый;И опять война идет,И мелькает локоть голый!
Май 1913
Американка
Американка в двадцать летДолжна добраться до Египта,Забыв «Титаника» совет,Что спит на дне мрачнее крипта.В Америке гудки поют,И красных небоскребов трубыХолодным тучам отдаютСвои прокопченные губы.И в Лувре океана дочьСтоит прекрасная, как тополь;Чтоб мрамор сахарный толочь,Влезает белкой на Акрополь.Не понимая ничего,Читает «Фауста» в вагонеИ сожалеет, отчегоЛюдовик больше не на трoне.
1913
Домби и сын
Когда, пронзительнее свиста,Я слышу английский язык -Я вижу Оливера ТвистаНад кипами конторских книг.У Чарльза Диккенса спросите,Что было в Лондоне тогда:Контора Домби в старом СитиИ Темзы желтая вода...Дожди и слезы. БелокурыйИ нежный мальчик – Домби-сын;Веселых клэрков каламбурыНе понимает он один.В конторе сломанные стулья,На шиллинги и пенсы счет;Как пчелы, вылетев из улья,Роятся цифры круглый год.А грязных адвокатов жалоРаботает в табачной мгле -И вот, как старая мочала,Банкрот болтается в петле.На стороне врагов законы:Ему ничем нельзя помочь!И клетчатые панталоны,Рыдая, обнимает дочь...
