и матерей солдатских вой мне душу рвет: «А сам — живой!» Живой… Простите… Жив пока… Полковник Тушин, комполка…

Читая Нагорную проповедь

Каждая заповедь даст рикошет пулей от тверди небесной. Разум давно неподвластен душе. Проповедь здесь неуместна. Даже Нагорная… В этих горах слово бессильно и странно. Дьявольской истиной воздух пропах — дымный, отравленный, пьяный. Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Нищие — есть. А смиренных-то — нет. Царствий сулить нам не надо. Лучше — не слишком кровавый рассвет. Хоть в полушаге — от ада… Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Слезы — как кровь. Утешенья — пусты. Видевший это — немеет. В русской земле прорастают кресты, эта земля — каменеет. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Это наследство — уже навсегда. Кротость, наверное, тоже. С этой земли-то — уже никуда… Ну, а зачистку — негоже… Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Жажда привычная. В общем — давно. Но утоленья не будет. То, что за правду одним сочтено, ложью другой посчитает. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Это касается точно не нас — мы-то на милость не скоры… Каждый помножен на ненависть масс — как отменять приговоры? Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Кто же наш бог, если каждый — убог, если обойма — икона?


15 из 78