Концерт. На знаменитую артистку,Что шла со сцены в славе и цветах,Смотрела робко девушка-хористкаС безмолвным восхищением в глазах.Актриса ей казалась неземноюС ее походкой, голосом, лицом.Не человеком — высшим божеством,На землю к людям посланным судьбою.Шло «божество» вдоль узких коридоров,Меж тихих костюмеров и гримеров,И шлейф оваций гулкий, как прибой,Незримо волочило за собой.И девушка вздохнула:- В самом деле,Какое счастье так блистать и петь!Прожить вот так хотя бы две недели,И, кажется, не жаль и умереть!А «божество» в тот вешний поздний вечерВ большой квартире с бронзой и коврамиСидело у трюмо, сутуля плечиИ глядя вдаль усталыми глазами.Отшпилив, косу в ящик положила,Сняла румянец ватой не спеша,Помаду стерла, серьги отцепилаИ грустно улыбнулась:- Хороша…Куда девались искорки во взоре?Поблекший рот и ниточки седин…И это все, как строчки в приговоре,Подчеркнуто бороздками морщин…Да, ей даны восторги, крики «бис»,Цветы, статьи «Любимая артистка!»,Но вспомнилась вдруг девушка-хористка,Что встретилась ей в сумраке кулис.Вся тоненькая, стройная такая,Две ямки на пылающих щеках,Два пламени в восторженных глазахИ, как весенний ветер, молодая…Наивная, о, как она смотрела!Завидуя… Уж это ли секрет?!
