Северная непогода, Беря над пространствами власть, Из тридцать первого года В тридцать второй ворвалась. Выходит окном в проулок Татьяны Морозовой дом. Январской метелью продуло Черёмуху под окном. Полночный прохожий заметит: В деревне, уснувшей давно, Опять у Морозовой светит Пятном золотистым окно. То Павлик читает. Ни разу За вечер он с лавки не встал, — И горьковский Павел Власов Товарищем Павлику стал. С горячей, бесстрашной верой В народ, в правоту свою Вошёл он в мечты пионера В далёком таёжном краю. Хоть в мыслях окинь попробуй Эти пространства, снега, Где по-медвежьи в сугробах Ворочается тайга, Где вьюга звериным следом Петляет меж деревень… Снова пришёл за рассветом Зимний короткий день. С сёлами, с городами Весь край у него на виду… Перемело местами Дорогу в город Тавду. Лошади заиндевели. Белит щёки мороз. Сквозь кутерьму метели Тянется хлебный обоз. Свой полушубок в дорогу Павлику мать отдала… Попутная, коням в подмогу, Позёмка метёт, бела, Метёт под ногами, дымится. Но Павлик вразвалку идёт, Как дядя Егор, рукавицей О рукавицу бьёт. Шагают они. К морозам Не привыкать таким: Павлик — за первым возом, Дядя Егор — за вторым. А на возу, быть может Пятнадцатом, там, позади, Ноги укутав рогожей, Тётка Наталья сидит. Она уж не раз дремала