Эта леди в белом одеянье, которое она называет пеньюар, Является пока возлюбленной моего друга. И нежные лапки ее белой собачки Едва ль нежнее ее ног. Готье, наверное, возненавидел бы эти контрасты белого, Когда она сидит в громадном кресле Между двух мерцающих свеч.
КОБЫЛИЦА
Возможно, я свят вполне; С тех пор, как ты пришла, пространство поколеблено вокруг, Из роз осенних соткано оно; Затем - тот золотистый цвет, другой. И кто-то провидит в тех вещах - так нежно - Ленты валлиснерий, струящих вверх и прочь из них Под бледным, медленно-зеленым водоворотом волн; Среди вещей, которые намного старше их названий, Среди вещей, которые мы свяжем с Богом.
Могила в Акр Каар
Я твоя душа, Nikoptis. Я все виделЭти пять тысяч лет, и твои мертвые глазаНедвижимые, не отвечающие на мой порыв,И твое тело, излучающее свет, как будто я прыгаю сквозь огонь,Но не сжигающий меня и не опаливший ни один лепесток вокруг.Смотри, лучи листьев травы тянутся к твоей подушкеИ целуют тебя мириадами травяных язычков:Но не ты меня.Зачитаны все сокровища исписанных стен,И выношены мои мысли среди этих знаков,И нет теперь ничего нового нигде.Я спокоен. Смотри. Я ушел от печати судьбы, назначенной мне.Как бы тебе не проснуться и не просить вина.Все твои одеянья я разглаживал на тебе.
