
И в совершенном созданьи одном
Чистым навеки зажечься огнем.
«Над безумием шумной столицы…»
Над безумием шумной столицы
В темном небе сияла луна,
И далеких светил вереницы,
Как виденья прекрасного сна.
Но толпа проходила беспечно,
И на звезды никто не глядел,
И союз их, вещающий вечно,
Безответно и праздно горел.
И один лишь скиталец покорный
Подымал к ним глаза от земли,
Но спасти от погибели черной
Их вещанья его не могли.
«Целуйте руки…»
Целуйте руки
У неясных дев,
Широкий плащ разлуки
На них надев.
Целуйте плечи
У милых жен, -
Покой блаженной встречи
Им возведен.
Целуйте ноги
У матерей, -
Над ними бич тревоги
За их детей.
«Ты в стране недостижимой…»
Ты в стране недостижимой, -
Я в больной долине снов.
Друг, томительно любимый,
Слышу звук твоих шагов.
Содрогаясь, внемлю речи,
Вижу блеск твоих очей, -
Бледный призрак дивной встречи,
Привидение речей.
Расторгают эвмениды
Между нами все пути.
Я изгнанник, - все обиды
Должен я перенести.
Жизнью скучной и нелепой
Надо медленно мне жить,
Не роптать на рок свирепый,
И о тайном ворожить.
III. СЕТЬ СМЕРТИ
