Мне и Кийлике тоже это показалось весьма странным.

Как всем известно, техника сейчас совершает революцию, и повсюду надо изобретать именно такие машины, которые работают сами.

Кийлике сказал:

— Разве же они там не поняли, что самодействующий насос экономит провода и электроэнергию? — Под этим он подразумевал, что насос Кару не требует тока и строительства электролиний.

Я сказал:

— Неужели они там не поняли, что самодействующий насос сберегает и воду? — Под этим я подразумевал, что тощая корова, которая мало весит и мало пьет, накачает и воды меньше, чем толстая корова, которая весит больше и хочет больше воды.

А вместе мы сказали:

— Послушай, Вальдемар Кару. Может быть, этот насос у тебя вообще не работал?

Но колхозный механик Вальдемар Кару замахал руками — нет, нет, нет, вы что, насос работает превосходно! И он подтвердил это сообщением, что когда там, в городе, шесть человек, общий вес которых можно считать равным одной условной корове, взобрались на платформу, то самодействующий насос накачал столько воды, что ее хватило бы и условной, и взаправдашней корове.

Теперь я, пожалуй, подошел к тому, с чего все же было бы вернее начать. Как выяснилось из рассказа колхозного механика Вальдемара Кару, он вернулся без премии и изобретательского свидетельства только потому, что, изобретя самодействующий насос, он не изобрел, как объяснить коровам, что, когда хочешь пить, надо взойти на платформу.

Пионер не боится трудностей, как поется в песне и написано на лозунге, что висит в коридоре, и я шепнул Кийлике:

— Послушай, Кийлике, у меня возникла идея.

А Кийлике шепнул в ответ:

— У меня тоже идея.

Затем выяснилось, что это была одна и та же идея, а именно: мы решили помочь колхозному механику преодолеть возникшие трудности.

После этого мы пошли ко мне домой и обсудили все детально.