И горлинка, что многих птиц милей;

И лебедь, что поёт в предсмертный час;

И филин, чей беду пророчит глас.

Там был журавль, велик и голенаст;

Была зарянка, и болтунья сойка,

Что крикнет – и охотника предаст;

Сова, чья пища – мышь и землеройка;

Хохлатый чибис, бегающий бойко,

И ласточка, что летом ловит мух,

И сельский вестник времени, петух;

И гусь, который встарь квиритов спас,

И отпрыск Афродиты, воробей,

И перепел, и дятел, и бекас,

И вран, глашатай смерти и скорбей,

И вяхирь, больший прочих голубей;

Фазан, жилец поречий и долин,

И пышнохвостый, радужный павлин;

Кукушка, что не вьёт вовеки гнёзд,

И попугай, дитя иных земель;

И дрозд-рябинник; также пёстрый дрозд;

И клёст, кому тольми любезна ель;

Прожорливый баклан, и коростель,

Отшельником живущий; и нырок...

Всех перечесть – не хватит сотни строк.

Одно лишь повторю: в орде крылатой

Всяк обладатель клюва и пера

Явился на поляну, что палатой

Богине служит; и пришла пора –

Зело сия традиция стара,–

Когда и царь пернатый, и пичуга

Должны избрать супругу иль супруга.

Но к делу: у Природы на запястье

Орлица восседала из орлиц,

Что даровать супружеское счастье

Могла бы самому владыке птиц;

Пред нею впору было рухнуть ниц:

Сама Природа, не смутясь нимало,

При всём собраньи в клюв её лобзала.

Природа, коей все земные блага

В распоряженье Богом отданы –

И свет, и жар, и хлад, и сушь, и влага,–

Рекла среди наставшей тишины:

"– Взыскующие мужа иль жены,

Внимайте мне! Я речь содею краткой,