Давайте лошадей!

Губернатор

Позвольте-с. Я согласен сам,

Что дорог каждый час, Но хорошо ль известно вам,

Что ожидает вас? Бесплодна наша сторона,

А та - еще бедней, Короче нашей там весна,

Зима - еще длинней. Да-с, восемь месяцев зима

Там - знаете ли вы? Там люди редки без клейма,

И те душой черствы; На воле рыскают кругом

Там только варнаки; Ужасен там тюремный дом,

Глубоки рудники. Вам не придется с мужем быть

Минуты глаз на глаз: В казарме общей надо жить,

А пища: хлеб да квас. Пять тысяч каторжников там,

Озлоблены судьбой, Заводят драки по ночам,

Убийства и разбой; Короток им и страшен суд,

Грознее нет суда! И вы, княгиня, вечно тут

Свидетельницей... Да! Поверьте, вас не пощадят,

Не сжалится никто! Пускай ваш муж - он виноват...

А вам терпеть... за что?

Княгиня

Ужасна будет, знаю я,

Жизнь мужа моего. Пускай же будет и моя

Не радостней его!

Губернатор

Но вы не будете там жить:

Тот климат вас убьет! Я вас обязан убедить,

Не ездите вперед! Ах! вам ли жить в стране такой,

Где воздух у людей Не паром - пылью ледяной

Выходит из ноздрей? Где мрак и холод круглый год,

А в краткие жары Непросыхающих болот

Зловредные пары? Да... страшный край! Оттуда прочь

Бежит и зверь лесной, Когда стосуточная ночь

Повиснет над страной...

Княгиня

Живут же люди в том краю,

Привыкну я шутя...

Губернатор

Живут? Но молодость свою

Припомните... дитя! Здесь мать - водицей снеговой,

Родив, омоет дочь, Малютку грозной бури вой

Баюкает всю ночь, А будит дикий зверь, рыча

Близ хижины лесной, Да пурга, бешено стуча

В окно, как домовой. С глухих лесов, с пустынных рек

Сбирая дань свою, Окреп туземный человек