Пока от неподвижности под старость

Не онемеют члены у меня?

Нет, здесь хочу я спину гнуть, покуда

Не подавлюсь дурандой, рабским кормом,

Иль паразиты не сожрут меня

И не положит смерть предел желанный

Страданиям и горестям моим.

Mаной

Ужель врагам поставишь ты на службу

Тот дар, что получил, чтоб им вредить?

Нет, лучше уж не то что будь лентяем

В параличе лежи, но только дома.

Однако тот, кто ямину разверз

В сухой земле, чтоб после жаркой битвы

Тебя не погубила жажда, властен

В твоих очах опять затеплить свет,

Чтоб лучше ты служил творцу, чем прежде.

Зачем иначе снова у тебя

Источник силы - кудри отросли бы?

Верь, божья мощь не зря в тебе жива

Господний дар без цели не дается.

Самсон

Нет, тайный голос шепчет мне другое;

В пустых моих глазницах свет не вспыхнет,

И жизни свет во мне померкнет тоже,

И скоро я уйду в двойную ночь.

Мой дух надломлен, не сбылись надежды,

Всем естеством я от себя устал.

Прошел стезею славы и позора

Я до конца и ныне твердо знаю:

Уже не долго отдыха мне ждать.

Mаной

Не верь дурным предчувствиям, внушенным

Той черной меланхолией, которой

Напитаны все помыслы твои.

А я, мой сын, отцовский долг исполню

И вызволю тебя - или за выкуп,

Или иначе. Будь же поспокойней

И утешеньям дружеским вонми.

Самсон

О, живет моя боль не только

В ранах и язвах плоти,

В неисчислимых недугах

Сердца, чрева, груди

Ею душа полна.

Тайно она

Вкралась в мысли наичистейшие,

В самые недра сознанья,

Словно кости и члены,

Пытке невидимо и безгласно

Их подвергая всечасно.

Горе снедает меня

Всякой хвори быстрей,

Ибо жжет оно и заражает,