Как страшно прибавлять по году, Когда уже за шестьдесят. Осталась лишь одна награда, А может, и одна беда, Что никуда спешить не надо, Спешить не надо никуда. Ведь старость — долгое сиротство. Как ни ворчи и слёз ни лей, Уже всё меньше остаётся Здоровья, времени, друзей. Что будет дальше? — я не знаю: Где обрывается стезя? Но вот возьму и опоздаю, Куда опаздывать нельзя…

НОВЫЙ АПОКАЛИПСИС

Как будто в предсмертном угаре Рождается утро в ночи. И чёрное солнце нам дарит Свои ледяные лучи. И чёрная водка в стакане От слёз наших стала бела. Вот здесь — в мировом океане Япония раньше была. Ах, как же мы были беспечны И чёрных не видели дыр!.. Ничто в этом мире не вечно, Особенно сам этот мир. Наивны ненужные споры В преддверии новых утрат, И молча Уральские горы Из чёрной пучины глядят. Пусть гавани нового брега Пока что неведомы нам, Но светлая тень от ковчега Упрямо скользит по волнам.

ВЫСЛУШАТЬ БЕРЁЗКУ

Глядеть бы и глядеть из-под руки, Не раздвигая времени завесу, На этот лес по берегам реки И на реку, текущую по лесу, Чтобы впитать всю радость и всю грусть, Что лес копил, что лес берёг веками. Я над обрывом к дереву прижмусь, Чтобы берёзку выслушать руками.