Высится меж них громада

Монастырь де Удивелаш.

Келий в нем шестьсот пятнадцать,

А живет в тех кельях больше

Тысячи двухсот монахинь.

От него до Лиссабона

На пространстве очень малом

Живописно разместилось

Тысяча сто тридцать разных

Вилл и дачек, окруженных

Плодоносными садами.

В Бетике у нас "кортихо"

Эти зданья называют.

Посреди столицы есть

Площадь круглая, большая

Под названьем ду Рус_и_о

Нет ей по размерам равных.

Океан на месте том

Лишь сто лет назад плескался,

Нынче ж там число домов

Тридцать тысяч превышает.

С площади той к руа Нова,

То есть, на наречье нашем,

К Новой улице выходишь,

А на ней в бессчетных лавках

Все сокровища Востока

Выставлены на продажу.

Сказывал король, живет

Там купец, чье состоянье

Таково, что на фанеги

Деньги он теперь считает.

Дальше, за дворцом монаршим,

Снова тянутся причалы,

Где с судов, - а их так много,

Что и не окинешь глазом,

Моряки ячмень французский,

Рожь английскую сгружают.

Королевский же дворец,

Чьи стопы лобзает Тахо,

Выстроен еще Улиссом.

Потому и город самый

На латинском языке

Назван был Улиссибоном.

Герб его - изображенье

Окровавленных стигматов

На подножье в виде сферы:

Удостоен этих знаков

Был король Альфонс Энрикес

В день, когда разбил он мавров.

Много в Таразане, то есть

В лиссабонском арсенале,

Всяческих судов военных,

В том числе таких гигантских,

Что, сдается, чуть не в звезды

Упираются их мачты.

Вот что поражает там:

Коль попотчевать хозяин

Пожелает гостя рыбой,

То ее не покупает,