Атаман с есаульством читает.
Служба кончилась. Вот — Атаман наперед И за ним молодцы есаулы — Приложась к образам, Казаки по домам Разошлись, говоря про аулы.
А казак молодой С непокойной душой В церковь божию робко вступает; К алтарю он идет, Тихо старца зовет И с слезами к ногам упадает.
"Мой отец, поспеши! Тяжкий грех разреши! Погибаю я, грешный душою". — "Сколь бы грех ни велик, — Говорит духовник, — Не утаи ничего предо мною".
И казак отвечал: "Атаман приказал Нам идти на кыргызов войною… Мой отец, я женат! И хоть нету ребят, Да все жалко расстаться с женою.
Я на бога роптал, Я своих проклинал, Я не шел с казаками молиться; И, пришедши потом, Не крестился крестом, Не хотел к образам приложиться.
Мой отец, поспеши! Тяжкий грех разреши! Погибаю я, грешный душою". — "Грех твой, чадо, велик! — Говорит духовник. — Омрачился ты тяжкой виною.
Но и бездну грехов Бог очистить готов, Прибеги лишь к нему с покаяньем. Он — без меры любовь. Уповай лишь, и вновь Он оденет святым одеяньем.
Как Христов иерей Я, по власти своей, От грехов всех тебя разрешаю, — И под знамем креста Супротивных Христа Поражай: я тебя посылаю.
Мужем будь. Не жалей Крови грешной своей