— Теперь, Миша, смотри в оба. Может, мы с тобой увидим тётю Паву.

— Как же мы увидим, если мы ещё не приехали?

— А вот гляди! — ответила мама.

Она стояла у одного окна, а Миша — У другого. Он изо всех сил старался смотреть «в оба».

За окном проносились белые берёзы, телеграфные столбы. Вот промелькнула речка. В воде блеснуло солнце, будто оно купалось. Вдруг мама закричала:

— Пава! Павочка! Это мы!

Миша стремглав кинулся к маминому окну:

— Где она, где?

Миша прильнул к окну. Но поезд шёл очень быстро, да тут ещё, как нарочно, оказался поворот, и Миша ничего не увидел. Он чуть не заплакал:

— Где же она? Я не видел!

— Ничего, Миша, не плачь, — сказала мама. — Скоро увидишь. Теперь уже близко.

ПРИЕХАЛИ!

И вот поезд остановился на маленькой станции. Мама с Мишей вышли из вагона. Знакомый машинист загудел, и поезд ушёл. Стало слышно, как поют птицы. Дышать было очень легко и хорошо.

Мама подхватила чемодан, и они с Мишей пошли по узенькой дорожке вдоль рельсов. Дорожка привела их к дороге побольше. Они пошли по ней и вышли к большому, длинному белому дому. Мама стала спрашивать, где тут квартира тёти Павы. Соседи сказали:

— Павлина Васильевна сейчас на дежурстве. Вы оставьте чемодан и пройдите к ней.

Так и сделали. Скоро мама с Мишей вышли на широкое асфальтовое шоссе. Оно привело их опять к железной дороге. Там у самых рельсов стоял маленький беленький домик, как будто игрушечный. Возле домика поперёк шоссе тянулись длинные полосатые палки — полоска белая, полоска чёрная. Миша хотел их получше рассмотреть. Но тут из домика вышла толстая тётя в фуражке, бросилась к маме и давай её обнимать.

— Вот, наконец-то вы приехали! — приговаривала она. — А я уж заждалась!.. Ну-ка, Мишук, покажись… Ишь ты, какой большой! Ведь я тебя ещё ни разу не видела.

— А я вас тоже не видел, — сказал Миша.